Ниша для Кати Олиной

08.02.2017
Дарья Доцук
писатель

Я никогда не задумывалась, за что мы ненавидим Катю Олину. Просто так повелось. На завтрак дают кашу и бутерброд с сыром, на математике мы решаем задачи, летом у нас каникулы, а Катю Олину мы терпеть не можем. Вот и все. Так уж у нас заведено.

Это началось с первого класса — с игры, которая так и называлась «Катя Олина». Подбегает к тебе кто-то на перемене, хлоп по плечу и радостно кричит: «Ты — Катя Олина!». Ощущение, прямо скажем, не из приятных. Все равно, что на плечо гадкого слизняка посадили. И от него просто так не избавиться, не скинуть. Нужно обязательно на кого-то другого пересадить, а не то вечно будешь так ходить.

— Берегись! Дашка — Катя Олина! — вопят все кругом, предупреждая друг друга об опасности, и удирают от тебя так, словно ты зомби или еще какое чудовище.

А ты только об одном и думаешь — поскорей бы кому-нибудь эту заразу передать, чтобы не пришлось целый урок Катей Олиной быть. Но получается не всегда и не сразу. Особенно когда все в курсе, что сегодня ты — Катя Олина. 

Иногда неслыханно повезет — встретишь в коридоре или в столовой саму Катю Олину, настоящую то есть. Ей-то и передашь свое проклятие и наконец очистишься! Тут главное стукнуть ее легонько, чтобы не разозлить, и убежать подальше, а не то догонит, схватит, и вот — ты опять Катя Олина.

Катя Олина — большая, сильная, с толстыми белыми руками. Стрижка у нее короткая, под мальчишку. И одежда мальчишеская, местами даже дырявая. И, наверное, из нее получился бы отличный, в меру задиристый мальчишка, если бы только она не была пятиклассницей по имени Катя Олина.

Всем известно, что Катя Олина второгодница. Она на голову выше и в два раза шире всех своих одноклассниц. Не знаю, играют ли они между собой в «Катю Олину» или просто стараются обходить ее стороной. Я бы ни за что не согласилась учиться в одном классе с Катей Олиной. С ней и в одной школе-то находиться страшно. А если представить, что в столовой плохо помоют вилку, которой она ела? Или стакан, из которого она пила? Лучше тогда совсем в столовке не есть!

А ведь существуют еще и учебники, которыми пользовалась Катя Олина. Однажды Мишке попался такой учебник. Там на первой странице карандашиком в углу сделана зловещая надпись: «Катя Олина». Мишка аж весь побледнел, как будто его сейчас вырвет, и предложил Косте поменяться.

—   А с твоим че не так? — насторожился Костя.

Тут-то и раскрылось все про Катю Олину. В общем, Мишке ничего не оставалось, как выкинуть этот проклятый учебник на помойку. А его маме пришлось покупать новый, потому что надо перед библиотекой отчитаться.

На прогулке с Катей Олиной тоже беда: она ко всем лезет. Мальчишки не хотят ее пускать на футбольное поле, и она их бьет. Орет и бьет. Только сдачи дать они не успевают — прибегает классная руководительница и уводит рыдающую Катю Олину подальше от «этих невоспитанных хулиганов». Несправедливо как-то, ведь они ей как раз ничего плохого не сделали.

Одно мне непонятно: что не так с Катей Олиной? Почему она не может быть нормальной девчонкой?

Видно, ее маму тоже очень беспокоил этот вопрос. Недавно она заявилась к школьному психологу и давай возмущаться:

— Куда вы все смотрите, пока моего ребенка обижают?! Да она каждый день приходит в слезах и в синяках!

Мы остановились в коридоре послушать. Хотелось, конечно, сказать маме Кати Олиной, что от ее дочки у нас у самих синяков столько, что не пересчитать. Но мы побоялись, вдруг мама получше дочки дерется? Кто их знает, этих Олиных!

— Понимаете, — сказала тихонько психолог, — это как стереотип. Возможно, когда-то Катенька сама кого-то обидела или повздорила с ребятами, и с тех пор они не воспринимают ее… как друга, а она им отвечает агрессивно. Замкнутый круг.

— Да это же травля! Настоящая травля! — надрывалась мама Кати Олиной.

— Это такая особая ниша, — осторожно возразила психолог. — В каждом классе есть определенные ниши, которые занимают дети. Ниша отличника, ниша хулигана, ниша…

Мама Кати Олиной позеленела и закричала, тыча пальцем в психолога:

— Да?! Ну так скажите мне — какая ниша у моей Кати?

Мы навострили уши. Наконец-то узнаем, что не так с Катей Олиной! Раскроется величайшая тайна.

Но психолог наших надежд не оправдала. Она лишь тихонько повторила:

— Особая.

Дома я специально посмотрела, что такое «ниша». Это, оказывается, углубление в стене, куда помещают статуи, чтобы они выделялись, и все видели, какие они особенные.

На месте статуи я бы очень гордилась, что заслужила собственную нишу. Только вот у Кати Олиной ниша была плохая.

С тех пор я часто думала, а не может ли Катя как-нибудь выбраться из этой ниши? Ну, чтобы мы перестали ее бояться, чтобы не было этой ужасной игры. Да и Кате наверняка надоело — ей ведь даже некому свое проклятие передать. Пока тебя кто-то не хлопнет по плечу с криком «Ты — Катя Олина!», ни за что не поймешь, какой это страшный позор. А вот если бы не было игры, может, и проклятие исчезло бы само собой. 

Однажды я рассказала маме про Катю Олину. Вдруг она знает какой-нибудь надежный способ выбраться из ниши? Мама обещала подумать.  

На мой день рождения мама пригласила весь класс. Родители приготовили кучу игр вроде «Твистера», а в качестве призов был целый мешок сладостей.

Но веселье длилось недолго, и не потому что призы закончились, их как раз было завались, а потому что в квартиру позвонили. Мама побежала открывать, а там — худший из кошмаров! — Катя Олина. У нас челюсти так и отвисли.

— Ничего, сейчас ее прогонят, — прошептал Мишка.

— До чего наглая! Явилась без приглашения! — проворчала Галя, поправляя праздничный колпачок.  

Мама, хоть и знала о проклятии, совсем не боялась Кати Олиной и за руку подвела ее к нам. Мы смотрели на Катю выпученными от страха глазами. Хотели по привычке разбежаться, но по квартире особо не побегаешь. Да и укромных уголков, чтобы спрятаться, на всех не хватит. Так и стояли, как немые статуи, пока мама не предложила поиграть в «Твистер».

Победила, конечно, Катя Олина — всякий, кто случайно ее касался, тут же падал, как подстреленный, и выбывал из игры.

И вот Катя Олина полезла толстой белой ручищей в мешок. Мы в ужасе застыли: она шарила там своей пятерней и перетрогала все конфеты!

— Меня сейчас стошнит, — жалобно проскулила Настя.  

«Ну мама! Как ты могла так со мной поступить в мой собственный день рождения!» — думала я в отчаянии.

И тут Катя Олина вынула из мешка горсть конфет и протянула нам.

— Вы же поддавались в Твистере, чтобы я победила, значит, все заслужили приз!

Бедная Катя! Она думала, что мы с ней играли всерьез и уступали, потому что она вроде как новенькая. Никому не хотелось брать что-то из ее рук, но и ссориться с ней при взрослых мы тоже испугались.

Вдруг я услышала справа шорох. Костя развернул чупа-чупс и сунул в рот. Когда он заметил, что все на него косятся, то просто пожал плечами:

— Да ладно, все равно мы уже все…

Он хотел сказать «Катя Олина», но запнулся.

И правда, мы все так или иначе коснулись Кати. Проклятие передать было некому. Мы развернули Катины призовые конфеты и спокойно их съели. Похоже, теперь у нас иммунитет.  

 

Предыдущая статья
У жертвы, насильника и свидетеля одинаковая картина мира
Следующая статья
Стихи и сигареты

Комментарии

 
Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Отправить Отменить
Защита от автоматических сообщений