Каким бывает учительский буллинг: «Тихая травля»

29.11.2018
Дарья Невская
доктор филологии (Dr.Philol.), автор идеи создания сайта
Оцените статью
(Нет голосов)

Недавно в Сети появилась видеозапись «разговора» учительницы с шестиклассницей. Запись вели одноклассники девочки. «Ты родная дочь или приёмная?», — спросила учительница девочку Дашу перед всем классом средней школы города Холмска Сахалинской области. «У тебя есть родители? Есть. Они вообще адекватные? А ты адекватная? Вижу, что нет. Ты приемная что-ли? Я что-то невероятное спрашиваю? Это сейчас нормальное явление. Что ты рыдаешь-то? Перестань мне здесь, эта, изображать припадок!», — отчитывала рыдающую шестиклассницу преподаватель.

Причиной этого отвратительного допроса стала... дырочка на кофте у Даши. Для меня совершенно очевидно, что перед нами пример учительского буллинга. Учительница использует одно, из имеющихся в ее арсенале средств воздействия на детей. Она выбрала «козла отпущения» и показательно гнобит девочку на глазах всего класса, демонстрируя остальным, что будет с ними, если они нарушат «правила» и «нормы» поведения и не будут лояльными к учителю. (Ох, уж эта лояльность! Она почти всегда шагает рука об руку с травлей в детских и во взрослых коллективах). Если вы меня спросите, что влияет на выбор «козла отпущения» в классе, то я вам не смогу ответить на этот вопрос. Но опыт подсказывает, что никто из детей не может быть абсолютно уверен в том, что учительница не принесет в жертву именно его. Конечно, в классе существуют дети из «группы риска», отличающиеся девиантным поведением. Но жертвой такой учительницы могут стать и отличники, тихони, «ботаны».

Иногда учитель выбирает в качестве объекта травли того ребенка, который пользуется в классе авторитетом, хорошо учится, активно участвует в Олимпиадах. И травля может проявляться не только в публичных эмоциональных «порках» с окриками. О таких случаях мне очень часто рассказывают родители, чьи дети учатся с первого по одиннадцатый класс. И дети годами случают крики и оскорбления учителей, на которых никто не может или не хочет найти управу. Но есть еще такая разновидность травли, которую я бы назвала «тихой травлей». Такую травлю очень трудно доказать и ей тяжело противостоять, та как она рядится в одежды учительской заботы о нравственном и психологическом здоровье ребенка и коллектива. Эта травля не явная, но самая подлая.Приведу примеры «тихой травли».

Подростки 14 лет мне рассказали, что в седьмом классе у них был мальчик, которого все любили. А учительница, судя по всему, за это и невзлюбила. И когда он заболел, в его отсутствие, она почти на каждом уроке говорила классу о нем гадости. Вернее, это были даже не гадости, а слова, которые разъедали детские души, вытравляя из них симпатию к однокласснику. Например, когда они плохо написали контрольную, учительница не преминула его вспомнить, сказав: «Вот видите, Леши с вами нет, и вы уже ни на что сами не способны. Мне даже похвалить из вас некого». Когда, во время подготовки к конкурсу, дети решили обратиться к болеющему однокласснику за помощью, то учительница их одернула: «Он о вас и думать не думает. Вы ему не нужны, вы же по каждому поводу ему звоните. Захотел бы нам помочь, уже давно бы это сделал. Не так уж он и болен». Подростки мне признались, что, даже точно оценивая ее намерение, они стали плохо думать о своем однокласснике, а когда он вернулся, то встретили его холодно. Ребята сказали, что они не хотели идти на поводу у учительницы, но что-то в них поменялось — они уже с удовольствием смеялись ее шуткам над своим одноклассником, им доставляли радость его проколы и ошибки. Мальчик не мог понять, что произошло за время его отсутствия. А учительница за его спиной могла бросить с ухмылкой такую реплику: «Ну, это же — Алексей! Ему же все можно!»

Через некоторое время мальчик ушел из школы, а его одноклассники до сих пор досадуют на себя за то, что им пришлось отказаться от дружбы с хорошим парнем. Кстати, после его ухода дети стали открыто демонстрировать учительнице свое негативное к ней отношение. Они всегда ее недолюбливали, но за время тихой травли Алексея, подростки не вступали с ней в открытую конфронтацию. Когда же Алексей ушел, то жизнь вернулась в прежнее русло, и подростки стали еще больше, чем раньше донимать свою учительницу и портить ей настроение.

Эмоциональное насилие может принимать разные обличья. Оно может быть не таким явным, как на видео из Холмска, но, в любом случае, подрывает психику ребенка, оказавшегося вовлеченным в травлю в любой из «ролей» и, конечно, наносит непоправимый вред ребенку, которого в классе сделали «козлом отпущения». Я очень часто выслушиваю от детей и родителей эти печальные и совершенно одинаковые истории об учительском буллинге. Я узнаю, что очень часто учителя орут на детей, но этот крик, скорее, признак профессиональной деформации и преподавательской беспомощности, чем элемент последовательного и продуманного буллинга. Но, отчитывая ребенка перед всем классом, учитель должен отдавать себе отчет в том, что он подает детской группе сигнал: «Его можно гнать!».

Иногда учителю бывает выгодно направить энергию детей в русло травли одноклассника. Травля очень часто сплачивает коллектив, занимает его внимание на какое-то время. Как правило, травля происходит в классах, в которых детей ни чем не занимают — у школьников нет увлечений и дополнительных занятий, а мероприятия и уроки проходят скучно. Такие дети и сами, без подсказки учителя, готовы направить свою энергию на разрушение, на травлю. А если еще учитель сознательно становится инициатором травли, то несдобровать тому, кого они выберут в качестве жертвы. И в таком случае родителям будет сложнее всего установить истину. Никогда в жизни учитель не признает факта травли в классе, если ее сам и инициировал. Никогда другие родители не поддержат протест родителей жертвы, так как их дети становятся заложниками этой ситуации. Никто из них не захочет конфликтовать с учителем, чтобы не подставлять своего ребенка, замеченного в травле.

Совсем недавно девочка 14 лет мне рассказала о том, что, вернувшись в свой прежний класс из другой школы, в которой недолго проучилась, стала подвергаться нападкам классного руководителя, с которой у нее до перевода в другую школу были прекрасные отношения. Учительница постоянно придирается к ее одежде, цепляется к ней по всяким пустякам. Подросток учится хорошо, выглядит скромно, но учитель всегда найдет, за что ее «цапнуть». Например, она требует, чтобы девочка заплетала косички и делала хвостики. Более того, она находит способы воздействовать и на родителей девочки, убеждая их в том, что та нарушает «правила» и «нормы». Девочка переубеждает родителей, но ей очень непросто сейчас. Есть опасность того, что она может стать «изгоем» в классе. Например, когда она забыла тетрадь с домашним заданием и сказала об этом учительнице, то услышала за своей спиной ее ехидные слова, обращенные к одноклассникам: «Бедная, бедная Лиза!». Класс посмеялся шутке. На нее стали в классе косо посматривать. А здесь нужно понимать еще ситуацию: девочка уходила на несколько месяцев в престижную школу, но вынуждена была вернуться обратно, так как ее изматывала дорога. В такой ситуации она становится классическим изгоем — «предатель, который к нам вернулся». И, если дети ее приняли обратно спокойно, то учительница нашла в подростке тот «изъян», который позволяет ей создавать «козла отпущения».

Нельзя пускать эту ситуацию на самотек. Здесь, на мой взгляд, нужна абсолютная солидарность родителей со своим ребенком. И я посоветовала подростку записывать в блокнот по дням все слова и придирки учителя (желательно с описанием самой ситуации). Если учитель совсем разойдется в своем «праведном гневе», то нужно постараться записать слова учителя на диктофон. Я разузнала у подростка все обстоятельства изменившегося к ней отношения со стороны учителя, так как всегда имею в виду ситуацию, описанную в замечательной книге Г. Шмидта «Битвы по средам», главный герой которой совершенно убежден в том, что учительница его ненавидит, но все оказывается совсем не так, как ему представлялось. Так вот, я могу предположить, что девочке-подростку в нежном возрасте может показаться, что «классная» за что-то ее невзлюбила. Но, учитывая, что до ее ухода отношения с ней были хорошими, более того, она уговаривала ребенка вернуться обратно, то я могу предположить, что учитель готова воспользоваться ситуацией «свой, но чужак», чтобы доказать девочке, как она была не права, когда покинула их класс.

Учительница не замечает достоинств девочки, которая участвует в олимпиадах и на «хорошо» и «отлично» учится по всем предметам. Трудно объяснить мотивы учительницы. Но не исключаю, что среди прочих, перечисленных мной выше, есть и банальное чувство зависти к хорошенькой девушке, которая пользуется успехом у своих одноклассников. Я не знаю, как будут разворачиваться события, но эту ситуацию родители должны держать под контролем, чтобы не упустить того момента, когда их замечательного ребенка сделают «козлом отпущения» и сломают .

P.S. Спустя две недели после этого поста, я узнала, что классная руководительница выставила поведение девочки на родительском собрании в позорном свете, представив ее, как кокетку, которая «млеет, как кошка». Не принимая во внимание отличную учебу и участие в олимпиадах, учительница в присутствии всех родителей стала говорить об испорченности скромного и домашнего ребенка только на том основании, что девочка распускает волосы. И учитель позволяет в адрес ребенка подобное недвусмысленное замечание: «Перестань ходить распущенной». Надо сказать, что с остальными учителями у девочки прекрасные отношения, и никто ей не предъявляет претензий. Я буду внимательно следить за развитием этой истории, которая, к сожалению, очень типичная.

Поделитесь с друзьями:
Предыдущая статья
Как подготовиться к летнему лагерю. Советы родителям

Комментарии

 
Текст сообщения*
Загрузить файл или картинкуПеретащить с помощью Drag'n'drop
Перетащите файлы
Ничего не найдено
Защита от автоматических сообщений